Обман в повседневной жизни и как с ним бороться?

17.11.2014 Маркетинг

Компании Enron, Tyco, WorldCom и Adelphia ассоциируются с самыми громкими денежными скандалами в истории Соединенных Штатов со времен Великой депрессии. Эти корпорации — хорошие примеры эрозии правил в бизнесе, случившейся в девяностых. По оценкам Brookings Institution, одни лишь скандалы, которые связаны с Enron и WorldCom, обошлись американской экономике приблизительно в $37 000 000 000 — $42 000 000 000 ВВП.

Для сравнения, приблизительно столько же денег правительство США тратит на интернациональную безопасность ежегодно.

В придачу к корпоративным скандалам практически все компании заставляют собственных работников выбирать между эгоистичным преследованием и честностью собственных денежных целей. Самый очевидный пример — брокерские компании: доход брокеров зависит от количества либо успешности сделок, каковые они заключают. Конфликт заинтересованностей неизбежен: брокеры должны функционировать в интересах собственных клиентов, а совокупность рабочих групп подталкивает их к тому, дабы вместо этого пытается к личному обогащению.

К примеру, брокер может брать и реализовывать то, за что приобретает более высокую рабочую группу, либо советовать акции и фонды, отвечающие его заинтересованностям, а не заинтересованностям клиента.

  • Психология восприятия: вкус вина — правда либо наглая неправда?

Обман в повседневной жизни и как с ним бороться?Мошенничество как норма судьбы

Обманывают не только компании и их работники: потребители также совершают этически неоднозначные поступки. К примеру, в опросе, совершённом компанией Accenture в 2003 году на тему страхового мошенничества, приблизительно 25% взрослых американцев посчитали приемлемым получение страховых компенсаций для вещей, каковые не были утрачены либо повреждены, и для лечения, которое не было совершено.

В соответствии с пресс-релизу Accenture, Insurance Services Office оценивает цена страхового мошенничества в 10% от всех страховых выплат, либо в $24 000 000 000 в год. Подобные случаи потребительского мошенничества видятся и в розничной торговле: по примерным оценкам National Retail Federation, возврат ношеной одежды в 2002 году обошелся США приблизительно в $16 000 000 000.

Еще один тип мошенничества, к которому прибегают потребители, — кража интеллектуальной собственности: музыки, фильмов и ПО. Не смотря на то, что стандарты и этика в этом правовом поле еще не выяснены до конца, разумеется, что экономические последствия для того чтобы мошенничества также велики. По примерным оценкам Office of the United States Trade Representative, кража интеллектуальной собственности во всем мире обходится США как минимум в $250 000 000 000 ежегодно.

Но, самые тяжелые потери американская экономика несет благодаря неуплаты налогов. Недавнее изучение Internal Revenue Service продемонстрировало, что отличие в это же время, сколько люди должны платить и какое количество они платят в конечном итоге, образовывает от $312 000 000 000 до $353 000 000 000 в год.

Эти примеры — только часть ежедневного обмана, совершаемого компаниями, их потребителями и работниками. Из-за них экономика теряет много миллионов долларов каждый год — и много миллионов рабочих мест. Ущерб, наносимый обществу, очевиден, и правительство вкладывает большие средства в особые комиссии, программы и законы, направленные на борьбу с обманом. Но удачи до тех пор пока малы.

Не смотря на то, что Internal Revenue Service все чаще контролирует высокодоходные компании и их обладателей, сумма налоговых выплат не изменяется, так что затраты и большие усилия на борьбу с уклонением от уплаты налогов выливаются в пустую трату времени и денег плательщиков налогов.

Подобные разочаровывающие результаты наблюдаются и в плане защиты интеллектуальной собственности, не обращая внимания на все антипиратские меры: разработку разработок для лучшей защиты CD и DVD, блокировку пиратских сайтов и судебные процессы. О неэффективности последних сообщается в статье на сайте law.com: в музыкальной индустрии судебные иски против личных пользователей не останавливают скачивание музыки из интернета.

Не смотря на то, что принятые меры стали причиной тому, что о законах, защищающих авторские права, и вероятных правовых последствиях их нарушения стало известно практически всем людей, они в целом не особенно испугались. Опрос, совершённый в апреле 2004 года, продемонстрировал, что 88% детей в возрасте от восьми до восемнадцати лет знают, что скачивание музыки из интернета противозаконно, но, не обращая внимания на это, 56% из этих детей признали, что продолжают ее скачивать.

Не смотря на то, что до тех пор пока борьба с обманом идет не через чур удачно, имеется два подхода к прекращению и пониманию аналогичных явлений в будущем. Первый подход строится на предположении, что нынешняя стратегия верна, но она используется плохо либо с недостаточной силой. При таких условиях две главные переменные — возможность быть пойманным и тяжесть наказания — нужно расширить, и мошенничества станет меньше, либо оно провалится сквозь землю совсем.

В случае если довести эту стратегию до предела, нужно будет отрубать руки за небольшое воровство. Второй подход, которым и пользуются авторы данной статьи, начинается с вопроса, верна ли нынешняя стратегия борьбы с обманом.

Потом эти два подхода будут рассмотрены подробнее.

  • История нигерийских писем», либо Как показалось email-мошенничество?

Экономическая теория внешних стимулов

Обычный взор на человека экономического (Homo economicus) содержится в следующем: индивид — это рациональное, эгоистичное существо, заинтересованное только в том, дабы улучшать собственное благосостояние. Данный рациональный индивид знает, чего он желает и чего не желает, и из множества вариантов постоянно выбирает тот, что принесет ему громаднейшую пользу.

С данной точки зрения нет ничего особого в ответе быть честным, которое базируется на ожидаемой пользе (к примеру, взять больше денег либо повысить собственный статус) и ожидаемых утратах (к примеру, заплатить штраф либо утратить работу). Чем выше ожидаемая польза от обмана, тем возможнее, что индивид его совершит. Таковой расчет свидетельствует, что ответ поступить честно ничем не отличается от всех остальных ответов, принимаемых человеком.

Таковой взор на честность обширно распространен и принят в юридической теории. Исходя из этого единственным методом не допустить обман считается повышение вероятных утрат, к каким он может привести.

Экономическая теория внутренних стимулов

Несогласные с хорошим экономическим взором, эксперты по психологии, социологии, антропологии, бихевиористике, экспериментальной экономике и неврологии обосновывают, что имеется не только внешние, но и внутренние стимулы, воздействующие на поведение человека.

Многие экономисты демонстрировали альтруизм и эмпатию, сталкиваясь с социальными задачами. К примеру, в игре «ультиматум» два человека, взаимодействующие между собой анонимно и лишь один раз, должны поделить определенную сумму денег. Первый участник игры предлагает поделить деньги, и второй участник может дать согласие либо отказаться.

В случае если второй участник отказывается, ни один из них не приобретает денег, а вдруг соглашается, то любой приобретает столько, сколько внес предложение первый участник. С рациональной точки зрения первый участник может поделить деньги на неравные части и покинуть себе громадную: это разовое сотрудничество, и никаких неприятностей не последует. Однако, на практике большая часть участников дробит деньги поровну.

Значит, люди смогут заботиться не только о собственной пользе, но и о чужой и публичной пользе.

В 2005 году Ури Гнизи (Uri Gneezy) совершил изучение, подтвердившее эту точку зрения. Он показал, что люди ведут себя эгоистично, в то время, когда им это выгодно, но учитывают, сколько их нечестность стоит вторым. Люди менее честны, в то время, когда их партнер богаче и цена обмана для него думается ниже.

Эти результаты серьёзны, в то время, когда речь заходит об обмане в повседневной судьбе, по причине того, что уровень работодателей и благосостояния работников, потребителей и корпораций существенно отличается, исходя из этого различной будет и цена обмана.

Ответственный вопрос для экономистов: из-за чего люди думают не только о собственной пользе? Дабы ответить на него, Джозеф Генри (Joseph Henrich) и его коллеги в 2001 году совершили огромное кросс-культурное изучение поведения в играх «Диктатор» и «Ультиматум» и играх на создание публичного блага.

Замечаемое в различных обществах поведение очень сильно отличалось, и предпочтения людей не были обусловлены внешними обстоятельствами, как вычисляет хорошая модель, а были организованы социальными и экономическими сотрудничествами, характерными для этих обществ в повседневной судьбе. Иначе говоря социализация — это ключ к механизму внутренних призов.

Существование механизма внутренних призов обосновывают не только поведенческие реакции, но и недавние открытия в неврологии и нейроэкономике: в его активизации участвует одна из структур головного мозга. На протяжении недавних изучений полосатого тела (corpus striatum) в том месте были обнаружены центры наслаждения, каковые активируются разными формами поощрения.

К примеру, повышенная активность отмечается, в то время, когда человек ожидает финансового вознаграждения, либо ощущает приятный вкус, либо видит прекрасное лицо. Те же самые центры активируются, в то время, когда человек ожидает благоприятных социальных последствий (другими словами социальной приза). В 2002 году Риллинг показал, как полосатое тело «светилось», в то время, когда люди поощряли собственных сотрудников.

Как словно бы противореча этим открытиям, в 2004 году Де Кервен сказал о похожей активности в моменты, в то время, когда люди наказывали провинившихся. Совместно эти два изучения говорят о том, что люди испытывают хорошие чувства, выполняя интернализированные социальные нормы, и что любой, кто поступает верно, должен быть вознагражден, а любой, кто нарушает нормы поведения, должен быть наказан, дабы вернуть их.

Психология приводит множество доказательств того, что механизм внутренних поощрений существует. Зигмунт его коллеги и Фрейд много говорили о суперэго — части людской личности, воображающей публичные ценности и моральные нормы, каковые индивидуум усваивает в ранние годы судьбы. Суперэго — это внутренний судья, награждающий либо наказывающий человека в зависимости от того, соответствует ли его поведение этим ценностям и нормам.

  • Как воздействуют социальные механизмы на поведение целевой аудитории?

Запуск механизма внутренних призов снижает чувствительность к внешним стимулам

Как внутренние награды и внешние стимулы воздействуют на честность? В изучении 2005 года материальная польза, которую приносил обман, была противопоставлена внутренним призам. Приняв материальную пользу за самоочевидный мотив, ученые узнали, как ответ быть честным либо нечестным зависит от возможности попасться на обмане и как оно связано с внутренним поощрением честности.

Участникам одного из опытов внесли предложение тест из пятидесяти вопросов на неспециализированную эрудицию с разными вариантами ответов и дали обещание $10 за любой верный ответ. На тест отводилось 15 мин., наряду с этим частников опыта поделили на четыре группы:

  • Первая несколько должна была сделать тест, перенести ответы в бланк, дать его организатору для проверки и взять собственные деньги.
  • Испытуемые из второй группы должны были сделать тест, попросить у организатора бланк для ответов и понять, что один из ответов в бланке уже отмечен как верный. После этого им необходимо было перенести собственные ответы в бланк, посчитать количество верных ответов и дать бланк и тест организатору и взять деньги. Так, вторая несколько имела возможность сжульничать, а организатор имел возможность это подметить.
  • Условия для третьей группы были практически такими же, за одним исключением: заполнив бланк ответов, ее участники должны были стереть с лица земли лист с тестом при помощи шредера и принести организатору лишь бланк ответов. Так, никто не имел возможность доказать, что кто-нибудь жульничал, даже если бы у организаторов появились подозрения из-за нетипично громадного количества верных ответов.
  • И все-таки сотрудничество с организатором имело возможность привести к дискомфорту у нечестных участников опыта, исходя из этого любой испытуемый из четвертой группы должен был стереть с лица земли и тест, и бланк ответов и самостоятельно забрать со стола столько денег, сколько получил.

Исследователи сделали четыре ответственных вывода

1. Первая несколько продемонстрировала намного меньшее количество верных ответов, чем все остальные. Значит, внешние стимулы действуют, и люди обманывают, в то время, когда им это выгодно.

2. Количество верных ответов во второй, третьей и четвертой группе было приблизительно однообразным, не обращая внимания на понижавшиеся возможности попасться (соответственно, ужас попасться также должен был уменьшиться). Следовательно, внешние стимулы — это только часть более сложного механизма.

3. Уровень нечестности был довольно низким. Участники опыта обманывали лишь в 20% случаев от вероятного среднего уровня и, следовательно, были далеки от большой нечестности. Следовательно, у людей имеется механизм внутренних призов, по причине того, что они обманывали, имея такую возможность, но лишь в определенных пределах.

4. Результаты опыта показывают, что акт обмана сам по себе может запускать механизм внутренних призов. Маленькая неправда может остаться «незамеченной» этим механизмом, но громадная неправда запустит его, и нечестное поведение будет ограничено.

Все эти наблюдения говорят о сложных отношениях между механизмом и внешними стимулами внутренних призов. Он бывает активен либо неактивен. При маленьком обмане он по большому счету не запускается и, следовательно, не воздействует на поведение, а ответ одурачить либо поступить честно зависит от выгоды и внешних соображений затраты. Но в то время, когда достигается порог активации, обман делается заметен, механизм включается и, по крайней мере, до некоей степени, срабатывает независимо от внешних стимулов.

Причем он подавляет чувствительность к ним, другими словами возможность обмана перестает зависеть от растущей пользы от него. Но в случае если польза от обмана значительна, она делается весьма соблазнительной и может в итоге победить. Внутренние стандарты человека смогут быть подавлены либо отключены, и поведение будет определяться только запланированным обманом (анализ затраты-пользы из стандартной экономической модели).

Следовательно, модель честности, выстроенная на поведении человека экономического, может привести к противоречивым прогнозам обмана и к ошибочным мерам для его предотвращения.

В случае если польза от обмана значительна, она делается весьма соблазнительной и в итоге может победить

Твитнуть цитату

  • История фармацевтического маркетинга

Активация механизма внутренних призов

Итак, что механизм внутренних призов существует. К тому же, в соответствии с изучению объективного самосознания, которое совершили Дюваль и Виклунд (DuvalWicklund, 1973), порог его активации возможно поменять: сделать его более активным либо вынудить его включиться раньше.

Объективное самосознание представляет собой направленное вовнутрь внимание, которое инициирует оценку себя по отношению к стандартам, самые важным либо дешёвым в текущей обстановке, что одновременно с этим повышает мотивацию соответствовать этим стандартам. Конкретные обстановки, такие как присутствие настоящей либо мнимой аудитории, индивидуализация, наличие поблизости зеркала либо написание маленьких историй о себе, смогут повысить самосознание индивидуума.

В то время, когда самосознание увеличивается, люди лучше видят отличие в это же время, какими они желают себя видеть и каковы они в действительности. Испытывая напряжение и дискомфорт из-за данной отличия, люди пробуют уменьшить ее, или переключая внимание на что-нибудь второе, не считая себя, или действуя в соответствии с совершенным образом себя. Применительно к нашей теме это указывает, что увеличение самосознания заставляет людей вести себя более честно.

Опыт, совершённый Биманом во второй половине 70-ых годов двадцатого века, обосновывает, что внимание, сконцентрированное на себе, усиливает влияние внутренних стандартов на поведение. Опыт проводился на протяжении Хеллоуина. Детям, каковые шли выпрашивать сладости, было сообщено войти в дом и забрать лишь одну конфету, а позже организатор оставлял их одних в помещении с вазой конфет. Ученые поняли, что дети, которых задавали вопросы об их адресах и именах (индивидуализация), в большинстве случаев брали лишь одну конфету.

К тому же, практически все дети брали лишь одну конфету, в случае если рядом с вазой с конфетами стояло зеркало.

В другом опыте ученые прибегли к манипуляции, более тесно связанной с честностью. Две группы участников должны были сделать тест по математике. Перед тем, как приступить к нему, испытуемых из первой группы попросили перечислить десять заповедей, а испытуемых из второй — десять книг, прочтённых в школьные годы.

Затем участники приступили к тесту по математике, в котором было двадцать заданий, и опыт продолжался пять мин.. В то время, когда время подошло к концу, участников попросили стереть с лица земли бланк, на котором они трудились, и сказать организатору, сколько заданий они выполнили. За каждое выполненное задание участник приобретал $50.

В следствии участники, каковые перечисляли заповеди, перед тем как преступить к тесту, сказали, что выполнили меньше заданий, чем испытуемые из второй группы. Похожие результаты продемонстрировал еще один опыт, участники которого, перед тем как начать тест, подписывали кодекс чести. Эти изучения особенно занимательны вследствие того что подтверждают эффективность несложных способов борьбы с обманом, которыми школы, компании и кабинеты министров смогут легко воспользоваться.

Еще один опыт, который связан с честностью, выстроен на теории Дэниэла Шехтера (Daniel Schechter) о роли эмоциональной активности в моральном поведении. Ученые испытали транквилизатор в ситуации, в то время, когда участники имели возможность смошенничать. Оказалось, что участники, каковые приняли транквилизатор, тормозящий воздействие симпатической нервной совокупности, обманывали значительно больше, чем люди из контрольной группы, принявшие плацебо.

Из этого можно сделать вывод, активация механизма внутренних поощрений связана с эмоциональной активностью, а в то время, когда она понижена (кроме того искусственно), порог активации чуть ли будет достигнут, и человек поступит нечестно. Динстбир и Мунтер (Dienstbier and Munter) развили эту идею и продемонстрировали, что честность зависит не столько от эмоциональной активности самой по себе, сколько от того, как человек осознаёт и интерпретирует важность и смысл данной активности.

  • Эффект негативации в интернет-маркетинге, либо Честность как оптимизация продаж

Самообман

Масштабы обмана сами по себе смогут активировать механизм внутренних призов. Но человек может переосмыслить собственный поступок так, дабы не принимать его как нечестный. В следствии для того чтобы переосмысления — самообмана — нечестный поступок не активирует механизма внутренних поощрений и не повлияет на поведение.

В целом, самообман является активное, но непроизвольное искажение действительности в сознании. Не смотря на то, что возможность одурачить самого себя думается парадоксальной, наблюдения говорят о том, что человек превосходно может создавать нереалистично хороший образ себя. Люди сохраняют веру в собственный ум, компетентность либо высокую нравственность, не обращая внимания на то что иногда совершают глупые либо безнравственные поступки.

Довольно часто люди вычисляют себя лучше, умнее и прекраснее среднего. Потому, что намного больше 50% людей вычисляет себя «лучше среднего», объединение этих данных разумеется нарушает логику. Разные изучения говорят о том, что люди способны поверить в фальшивые либо необъективные утверждения о собственном прошлом, и убедить себя в том, что их поступки позваны определенными мотивами, и так скрыть собственные подлинные намерения.

Самообман может выходить за пределы разумного: к примеру, доктора, участвовавшие в геноциде в фашистской Германии, убеждали себя в правильности собственных действий.

Не смотря на то, что в маленьких количествах самообман возможно нужен, разрешая человеку сохранять самоуважение, за долгий период времени он формирует необоснованно завышенное вывод о себе. Ученые показали это в контексте IQ-теста. В 2005 году несколько испытуемых принимала участие в двух следовавших приятель за втором IQ-тестах. Добрая половина участников взяла страницы с верными ответами при написании первого теста.

В то время, когда тест закончился, любой участник определил, на какое количество вопросов он ответил верно. Затем участников попросили угадать, сколько заданий они смогут выполнить в следующем тесте без страницы с верными ответами. В этом опыте участникам платили не за количество верных ответов, а за правильность предсказания, так что у них был материальный стимул угадать совершенно верно.

Результаты опыта продемонстрировали, что в первом тесте участники, у которых были страницы с ответами, дали больше верных ответов, чем участники без него. Участники, у которых не было страницы с ответами, совладали с приблизительно однообразным числом заданий и в первом, и во втором тесте. Получается, что наличие ответов разрешило участникам решить больше задач.

Иначе, участники, у которых были ответы, по-видимому, верили, что их удачи были обусловлены их более высоко развитым интеллектом, исходя из этого они предполагали, что дадут больше верных ответов на вопросы второго теста. В следствии участники, одурачившие себя и имевшие о себе завышенное вывод, взяли меньше денег.

Ученые попросили отдельную группу людей угадать, сколько верных ответов они бы дали в таком тесте, и участники высказали предположение, что, если бы у них был лист с ответами на первый тест, но не на второй, они совладали бы с первым тестом лучше, чем со вторым. Вот еще одна опасность самообмана: довольно часто люди считаюм, что не подвержены ему.

Исследователи растолковывают парадокс самообмана тем, что человек может в один момент не забывать и правду, и неправда, причем малоприятная правда хранится в бессознательном, а неправда (другими словами неверно трактованные факты) — в сознании. Триверс (Trivers) говорит, что с эволюционной точки зрения таковой метод обращения с информацией имеет преимущество: самообман разрешает лгать не только себе, но и вторым.

Сторонний наблюдатель взаимодействует лишь с сознанием обманщика, и в случае если обманщик лжет и самому себе также, сознание обладает лишь недостоверной информацией. Правда остается скрытой в бессознательном. При таких условиях сигналы, по которым возможно выявить сознательную неправда, не будут дешёвы наблюдателю, и найти обман будет сложнее.

Следовательно, кроме того в то время, когда самосознание человека деятельно (другими словами механизм внутренних призов трудится), и обман невыгоден, обман, которого не подмечает сам обманщик, все равно может совершиться.

Опасность самообмана в том, что довольно часто люди считаюм, что не подвержены ему

Твитнуть цитату

  • Когнитивная психология: Из-за чего мы верим заблуждениям?

Как бороться с обманом

Стандартная рациональная модель предполагает, что люди обманывают, рассчитывая выгоды и внешние затраты. В отличие от нее, психотерапевтическая модель, обрисованная выше, предполагает, что ответ быть честным либо нечестным кроме этого связано с механизмом внутренних призов. К тому же, обман возможно неосознанным, если он незначителен либо выстроен на самообмане.

Следовательно, советы по борьбе с обманом зависят от его обстоятельства в конкретной обстановке. Имеется четыре основных обстоятельства обмана:

1. существенная выгода и Низкие затраты от обмана.
2. Недочёт социальных норм, приводящий к слабости механизма внутренних призов.
3. Низкое самосознание, в результате которого механизм внутренних призов не запускается.
4. Самообман.

Любая обстоятельство требует отдельного метода борьбы с обманом.

Обман, который связан с внешней пользой

В случае если обстоятельство обмана только в пользе, ответ разумеется: убытки должны быть больше вероятной пользы. Этого возможно добиться, повышая строгость наказания либо возможность того, что обманщик попадется. Тут обычный юридический подход верен.

Кроме того в случае если обстоятельство обмана связана с анализом затраты-пользы, возможно отыскать действенные методы борьбы с ним. К примеру, в случае если возможность быть пойманным на обмане и серьезность наказания оценены по-различному, и предполагается, что возможность быть пойманным ответственнее, чем строгость наказания, стоит распределить упрочнения соответствующим образом. Но в случае если законодатели решат приложить больше упрочнений к поимке нарушителей и уменьшат наказания, вопрос о том, какая возможность быть пойманным оптимальна, остается открытым.

Изучения по этому вопросу говорят о том, что оптимальнееувеличивать возможность быть пойманным. Если она низка, суровое, но справедливое, наказание может дать обратный эффект: люди, каковые нарушают правила и не несут наказания за это, приобретают хорошее подкрепление собственному проступку. Затем они оценивают возможность наказания еще ниже и обманывают еще больше.

Поймать всех нарушителей, само собой разумеется, нереально, но во многих сферах к этому стоит приложить больше упрочнений.

  • Будущее — за «прозрачным маркетингом»?

Обман, который связан с механизмом внутренних призов

В случае если обстоятельство обмана связана с недочётом интернализированных социальных норм, стоит обратить внимание на социализацию и образование, дабы механизм внутренних призов трудился лучше. Главные вопросы тут — как лучше это сделать и имеется ли критический возрастной период, за который человек усваивает социальные нормы. К примеру, прививать социальные нормы возможно в школах, религиозных институтах и различных организациях.

Вторая возможность, которой все больше пользуются музыкальная индустрия и правительство, — создать норму, в соответствии с которой определенное поведение (к примеру, нелегальное скачивание фильмов и музыки) станет социально нежелательным и осуждаемым. Кроме этого возможно показать, как мошенничество вредит не только корпорациям, но и обычным людям, каковые в них трудятся.

Осознавая эффективность таких мер, принципиально важно задаться вопросом об их ограничении и о том, должно ли общество разрешать всем идеологиям принимать участие в создании таких механизмов внутренних поощрений. К примеру, как по поводу расизма и радикальных религиозных течений?

Эти вопросы особенно ответственны, в случае если высказать предположение, что критический возрастной период, за который люди усваивают социальные нормы, существует, и по окончании его завершения эти нормы остаются довольно стабильными в течение всей жизни. Учитывая высокую чувствительность парней к социальным влияниям, общество должно строго сократить подобные возможности для религиозных, денежных и социальных университетов.

В случае если обман позван низким самосознанием, и механизм внутренних призов неактивен, принципиально важно дать уместный стимул к честности в моменты искушения. К примеру, налоговая работа может мало поменять собственные формы, сделав их более личными, либо предлагать людям подписать тот либо другой кодекс чести, перед тем как заполнять их. Еще возможно задавать вопросы плательщиков налогов, к примеру, о том, как они заботятся о собственной стране, как серьёзна была честность для их своих родителей и какое количество людей, согласно их точке зрения, уклоняется от уплаты налогов.

Обман, который связан с самообманом

Сложнее всего бороться с последним вариантом обмана. Самообман, выстроенный на своекорыстном предубеждении, весьма устойчив. Бессчётные изучения говорят о том, что безтолку платить людям за то, дабы они относились к себе реалистичнее, либо заставлять их писать эссе, отстаивающие другую точку зрения.

Исходя из этого самый действенный метод борьбы с самообманом — устранить стимулы, каковые порождают предубеждение, и ситуации, в которых может появиться такое поведение. К примеру, в случае если вычислять, что опытные бухгалтеры при проведении аудита обманывают из-за самообмана, возможно принять законы либо стандарты, запрещающие аудиторам предлагать одновременно и консалтинговые, и налоговые услуги, запретить нанимать бухгалтеров через клиентов и дать добро лишь ограниченные по времени договора.

Как показывают эти примеры, борьба с обманом, выстроенным на самообмане, требует важных мер, каковые в определенных обстановках существенно ограничивают самостоятельность и свободу.

  • 8 обычных неточностей мыслительного процесса

Заключение

Разумеется, что обман частенько видится в повседневной судьбе. Стандартная экономическая модель разглядывает одну его обстоятельство — пользу — и объявляет наказание единственным методом борьбы с обманом.

В отличие от нее, психотерапевтическая модель, обрисованная в данной статье, предполагает, что на честность кроме этого воздействует механизм внутренних призов, и его необходимо учитывать при поиске действенных средств борьбы с обманом.

Психотерапевтический подход может основываться на увеличении долгосрочной (образование) и краткосрочной эффективности внутренних стандартов (уместные стимулы к честности в моменты искушения) либо устранении возможности обмана, в то время, когда он бывает позван самообманом. Познание механизма внутренних призов разрешает предотвращать обман более действенно.

А какие конкретно способы, на ваш взор, вправду способны предохранить общество от обмана? Что вы думаете по поводу для того чтобы явления, как его роли и самообман в восприятии и поведении себя? Поведайте в комментариях.

По данным: people.duke.edu, image source: Jodie Dee

Случайные статьи:

Путин начал ЖЁСТКО бороться с КОРРУПЦИЕЙ и с корнем вырывать эту заразу | Pravda GlazaRezhet


Подборка похожих статей: